«Центр культурных инициатив» г.о. Кашира

Дом культуры, изначально клуб имени Ленина в Кашире строился в годы расцвета конструктивизма. Если первая электростанция и рабочий поселок строились в годы разрухи, конца военного коммунизма и начала НЭПа, то следующим этапом энергетики Каширской ГРЭС, одной из двух важнейших для московского региона по плану ГОЭЛРО, стал расширение поселка и его системы обслуживания вместе со строительством второй очереди электростанции. В 1929-1933 годах Новокаширске (поселок позже вошел в состав города) строятся первые кирпичные жилые дома, новая школа, пожарная часть, бани, фабрика-кухня c магазином и клуб. Это был образцовый набор соцкультбыта, к которому в 1930-е добавились новая школа, стадион и парк культуры и отдыха, а после войны и дом пионеров. Из всех построек фабрика-кухня, бани и клуб наиболее всего соответствуют принципам архитектуры конструктивизма. Клуб был построен по нетиповому проекту, основную часть занимает симметричный сложно скомпонованный объем театральной части, а меньшую слева – клубное крыло. Театральная часть выделяется двумя симметричными полуцилиндрическими лестничными ризалитами с угловыми скругленными окнами. Средняя часть фасада сейчас закрыта мозаичным панно, а изначально здесь было множество оконных проемов, 16 из которых были эффектно объединены единой бетонной рамой 4х4 ячейки. Задняя часть здания увенчана сценической коробкой с односкатной кровлей, а боковые фасады и кружковое крыло сделаны совершенно утилитарно, с крупными окнами в неоштукатуренной кирпичной стене. Таким образом всё внимание зрителя, прохожего, отдыхающего после работы (перед клубом был посажен сквер) концентрировалось на главном фасаде театральной части. Гладкие части стен между окнами и на ризалитах с самого начала эксплуатации здания использовались для размещения портретов, афиш, знамен, лозунгов… При ремонте 1970-х годов на фасаде было сделано мозаичное панно, а входные двери перемещены с его сторон на середину. На боковых фасадах были заложены окна зрительного зала – конструктивисты предполагали использование зала весь день, в том числе и при естественном свете, но сохранился картуш с эмблемой послевоенного времени – серп и молот с лавровым венком. Тогда же, в начале 1950-х годов были изменены интерьеры, в зале появилась роспись и лепной неоклассический декор, бронзовые люстры, а в других помещениях – даже лестничных площадках скульптура – античные бюсты и статуи (амазонка Поликлета, Дискобол Мирона и другие), портреты известных деятелей культуры и науки прошлого. Даже перила лестниц были заменены на более декоративные с ампирными розетками. Всё это уже не соответствовало строгой стилистике конструктивизма, хоть и обогащало интерьер и соответствовало запросам и вкусам широкой публики эпохи расцвета послевоенной неоклассики.